1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Семенов Ю.И.Исторический процесс: его понимание и истолкование Часть2

Индекс материала
Семенов Ю.И.Исторический процесс: его понимание и истолкование Часть2
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Все страницы

2.3. Конец средних веков и новое время: возникновение и развитие унитарно-стадиального понимания истории

2. 3. 1. Вводные замечания

Последние века существования античного мира характеризуются общим упадком науки и вообще теоретической мысли. Это в полной мере относится и к историологии. С гибелью этого мира наука исчезла совсем. Это верно и в отношении Восточной Римской империи (Византии).которая продолжала существовать вплоть до 1453 г. Исторические сочинения византийских авторов не были научными трудами. Они представляли собой историописания. В одном из самых последних трудов, посвященных византийской литературе, все эти произведения вместе взятые охарактеризованы как историческая проза. Хроники и иные исторические произведения западноевропейского средневековья, равно как и русские летописи, также к науке не относятся. Все это - не историология, а преисториология, хотя своеобразная, ибо она все же кое-что унаследовала от античной историологии и историософии. В западноевропейской средневеко­вой преисториологии почти безраздельно господ­ствовал провиденциализм. И если не сразу, то довольно скоро возродились и концепция четырех мировых монархий, и шестичленная схема периодизации всемирной истории, созданная Августином Аврелием.Наряду с ними возникает и третья схема периодизация по трем «мировым эпохам» соответ­ствующим трем ипостасям «божественной троицы». В ней в мистическо-религиозной форме была выра­жена идея исторического прогресса. Появилась она в трудах философа Иоанна Скота Эриугены (810-880).Наиболее обстоятельно эта идея была разработана итальянским монахом Джоаккино да Фьоре, известным под именем Иоахима Флорского, или Калабрийского (1130-1202). Согласно учению Иоахима, изложенному в его трудах «Согласование Ветхого и Нового заветов» и «Введение в Апокалипсис» история человечества есть проявле­ние божественного откровения. С каждым лицом святой троицы связана своя особая ступень открове­ния, которой соответствует определенное «сос­тояние мира» (status mundi).Таким образом, человечество проходит в своем развитии три стадии. Первая фаза - от Адама до рождения Христа - время «бога отца», когда люди жили «по плоти», стремились прежде всего к «земному владению» и повиновались законам в силу страха. Они были полностью несвободны, находились в рабской покорности богу.За ней следует вначале подготовка, а затем и само время «бога сына», когда божественное откровение достигает большего совершенства. Люди живут отчасти «по плоти», отчасти «по духу», стремление к «земному владению» у них все еще сильно, но уже не безраздельно. В этот период человек еще не свободен, хотя страх уже сменился сознательным поведением, дисциплиной. Он находится в сыновнем послушании богу. Этот период характеризуется организацией и расцветом христианской церкви.Но уже со времени зарождения монашества закладываются семена нового, третьего состояния (tertius status), когда люди будут жить только «по духу». Третий период - время «святого духа». Для него будет характерна полная свобода духа. Единственной связью между людьми станет не страх и не дисциплина, а любовь. Произойдет освобождение от «всякого рабского труда». Восторжествует вечная справедливость. Государст­во и церковь с присущими им элементами насилия перестанут быть нужными и исчезнут.» Первый статус мира,- писал Иоахим Флорский,- прошел в рабском служении, второй - в сыновнем послушании, третий - в свободе. Первый есть статус рабов, второй - сыновей, третий - друзей.» Учение Иоахима Флорского находилось в резком противоречии с официальной церковной доктриной. С опровержением его выступил величайший авторитет того времени Фома Аквинский (1225/1226-1274) и оно было последова­тельно осуждено тремя церковными соборами.Историческая наука стала возрождаться в Западной Европе лишь в эпоху Ренессанса, а окончательно оформилась только в новое время.

2.3. 2. Ранние концепции циклизма:

Ибн Халдун, Н. Макьявелли, Ф. Патрици,

Дж. Вико

Поиски повторяющегося в истории привели некоторых мыслителей к созданию концепций циклического развития. В их основу легли факты мировой истории: возникновение, расцвет и гибель социально-исторических организмов и их систем, прежде всего державных: Вавилонии, Ассирии, Персии, Рима и т.п. Собственно все предпосылки такого рода построений содержались уже в концеп­ции четырех монархий. Ведь каждая из этим мировых держав возникла, расцвела и, наконец, сошла с исторической арены. Нужно было только все это теоретически осмыслить.Идея исторического циклизма существовала давно. Как уже указывалось, она присутствует во «Всеобщей истории» Полибия. Но последний имел в виду не социоисторические организмы, взятые сами по себе, а только формы их государственного устройства. Его концепция циклизма касалась развития общества в целом лишь косвенно.Циклизм особенно наглядно проявлялся в развитии стран как древнего, так и средневекового Востока. Его не могли не заметить и люди, которые по роду своей деятельности были далеки от науки. Так, например, китайский поэт Чжан Сяосун, живший в XII в., писал:
«Цветы цветут, когда их не посадишь. Ноу истории свои законы: За процветанием приходит гибель... И вот уж нет прудов и павильонов!»[i]Поэтому совершенно не удивительно, что первая подлинная концепция циклического развития общества была создана именно на Востоке. Ее творцом был великий арабский мыслитель Ибн Халдун (1332-1406). Самый крупный его труд нередко называют просто «Большой историей». Полное его название - «Книга поучительных примеров или диван сообщений о днях арабов, персов и берберов и их современников, обладавших властью великих размеров».Но славу Ибн Халдуну принесло не столько само это произведение, сколько введение к нему, представляющее по существу вполне самостоятель­ную   работу.   По-арабски   этот   труд   называется Голос яшмовой флейты. Из китайской классической поэзии в жанре Цы в переводах М. Басманова. М.,1988. С. 247Мукаддима», что передается как «Введение» или «Пролегомены». Написан он в основном в 1375-1379 гг. На русский язык «Введение» никогда не переводилось. Фрагменты из него опубликованы в книге «Избранные произведения мыслителей стран Ближнего и Среднего Востока IX-XIV вв.» (М., 1961) и в приложении к работе Александра Александровича Игнатенко «Ибн-Хальдун» (М., 1980). Именно в «Мукаддиме» Ибн Халду н изложил свои взгляды на человеческое общество и его историю.По мнению Ибн Халдуна, исторически первой формой человеческой жизни является сельская, прежде всего кочевая. Суровые условия сущес­твования диктуют людям строгие нравы и заставляют их держаться друг друга. Подчинение одних племен другими имеет своим следствием появление царской власти и городов. Возникает вторая форма человеческой жизни - городская. В городах получают развитие ремесло и торговля, появляются достаток и роскошь. Все это ведет к порче нравов, утрате былых добродетелей. Люди становятся изнеженными, неспособными за­щитить себя.Множатся траты и растут расходы власти и государственных людей. Все это имеет своим следствием увеличение налогового бремени. Податей не хватает, и государство начинает чинить несправедливость и насилие над под­данными. Последние теряют всякую надежду на лучшую жизнь, и многие отвращаются от труда, что ведет к сокращению суммы сборов. В результате государство начинает клониться к бессилию и упадку и, в конце концов, разрушается.Всего в развитии государства Ибн Халдун выделяет пять фаз. На последней наступает старость династии и ею овладевает затяжная бо­лезнь, от которой она уже не может избавиться. Дряхлость настигает и одолевает династию даже тогда, когда нет внешних врагов. Но чаще всего гибель государства наступает в результате нашествия племен, которые до этого вели суро­вый кочевой образ жизни. Средняя продолжи­тельность жизни династии - 120 лет.Племена и племенные союзы завоевывают города потому, что стремятся к покою и удобству городской жизни. В результате завоевания к власти приходит новая династия. Ей, от отличие от первой, нет необходимости строить город. Нужно лишь обновить уже существующий. Большая часть победителей становятся горо­жанами. Начинается тяга к роскоши, теряются былые добродетели, растут пороки, усиливается налоговое бремя. Через 120 лет и эта династия дряхлеет и гибнет.Приходят новые завоеватели, с которыми происходит то же самое. И так без конца. История есть вечный круговорот. Правда, каждый новый цикл начинается на основе, подготовленной предшествующими. В этом смысле в истории есть поступательное развитие. Но этот момент Ибн Халдуном почти совсем не разработан.В Западной Европе идея исторического круго­ворота возродилась в эпоху Ренессанса. Мы ее находим в трудах выдающегося итальянского мыслителя и историка Никколо ди Бернардо Макьявелли (Макиавелли) (1469-1527). В первых главах своих «Рассуждений о первой декаде Тита Ливия»(1513-1517; русский перевод в книге: Государь. Рассуждения о первой декаде Тита Ливия. О военном искусстве. М., 1996; сокращен­ный, но более современный перевод в книгах: Избранные сочинения. М., 1982; Жизнь Никколо Макьявелли. СПб., 1993), написанных в первой половине 1513 г., он полностью присоединяется к концепции круговорота форм государственного устройства, созданной Полибием.В работе «Государь» (русские переводы: М., 1990 и в указанных выше книгах), созданной во второй половине 1513 г., Н. Макьявелли дает уже типологию не форм государственного устройства, как это было у Платона, Аристотеля и Полибия, а самих социоисторических организмов, но при этом по признаку государственного устройства. «Все государства, все державы, обладавшие или обладающие властью над людьми, - писал он, были и суть либо республики, либо государства, управляемые единовластно.» По-видимому, это вообще первая прямая, а не косвенная, как у названных выше античных философов и исто­риков, типология социоисторических организмов.В своем последнем крупном труде «История Флоренции» (1520-1525; 1532; русский перевод: Л., 1973) Н. Макьявелли говорит уже о циклическом развитии не просто форм государственного устройства, а самих государств, т.е. фактически социоисторических организмов. «Переживая непрерывные превращения, - читаем мы в этой работе, - все государства обычно из состояния упорядоченности переходят к беспорядку, а затем от беспорядка к новому по­рядку. Поскольку уже от самой природы вещам этого мира не дано останавливаться, они, достигнув некоего совершенства и будучи уже неспособными к дальнейшему подъему, не­избежно должны приходить в упадок, наоборот, находясь в состоянии полного упадка, до предела подорванного беспорядками, они не в состоянии пасть еще ниже и по необходимости должны идти на подъем.» Как указывает Н. Макьявелли, упадок государства может завершиться его гибелью. Так погибла Римская империя. Она уже не возродилась, но на ее развалинах возникли новые государства. Сходные мысли можно найти в трудах крупнейшего итальянского историка Франческо Гвиччардини (1483-1540), хотя вряд ли можно говорить о существовании у него какой-либо концепции исторического круговорота. «Все города, все государства, все царства, - писал он, - смертны; все когда-нибудь кончается, естественно или насильственно...» [ii] В последующем идея круговорота была подхвачена итальянским гуманистом, философом Франческо Патрици (1529-1597) и изложена им в работе «Десять диалогов об истории» (1560). По его мнению, все существующее вначале зарождается, развивается и растет, а затем вступает в период упадка и, наконец, гибнет. Этому закону природы подчинены и искусственные творения человека, в частности, общество и государство. Последнее зарождается в форме города, который перерастает в подлинное государство, превращающееся затем в империю. Империя по достижению зрелости клонится к упадку и, в конце концов, рушится. Англичанин Уолтер Мойл (1672-1721) в работе «Очерк об устройстве римского правления» не ограничился объяснением причины расцвета и упадка Рима. Он пришел к выводу, что «эти периоды и революции империй суть естественные переселения господства, от одной формы правления к другой; и они образуют общий цикл зарождения и разложения всех государств...»[iii] Первая в истории западноевропейской мысли детально разработанная концепция исторического круговорота была создана выдающимся итальянским мыслителем Джамбаттиста Вико (1668-1744). Она была изложена в вышедшем в 1725 г. его труде «Основания новой науки об общей природе наций» (русск. перевод: М., 1940; М.-Киев, 1994). Говоря о «нациях», Дж. Вико практически имеет в виду социально-историческое организмы . Основная идея его труда - человеческая история подчинена таким же незыблемым законам, что и мир природы. Все «нации» независимо от внешних условий проходят одни и те же стадии развития. Свою задачу Дж. Вико видит в том, чтобы выявить повторяющееся в развитии « наций», вскрыть общие законы, управляющие этим процессом, нарисовать картину эволюции общества вообще. Он является рьяным приверженцем идеи единства человеческого общества и его истории. Начальный пункт движения человечества - «звериное состояние», когда еще нет истории. Первые люди были тупыми, неразумными и ужасными животными. Они в одиночку бродили по великому лесу земли, всецело находясь во власти животных стремлений. Но вот небо заблистало молниями и громами. Люди решили, что небо - это огромное одушевленное тело и назвали его Юпитером. Страх родил веру в богов. Боязнь перед богами заставила людей обуздать свои животные стремления, прежде всего похоть. Произошел переход от звериного состояния к человеческому обществу. Возник брак, причем моногамный, а вместе с ним семья. Люди осели. Вначале они жили в пещерах, затем стали строить жилища. Оседлость привела к возникновению собственности. Когда выросло население и стало не хватать плодов природы, люди стали жечь леса, обрабатывать землю и засевать ее хлебом. Этот первый период истории человечества Дж. Вико называет веком богов, или божественным веком. В этот период единственной формой объедине­ния людей была семья, которую возглавлял отец. В его руках была неограниченная власть над всеми чле­нами семейства. Он был монархом и законодателем. Всеми средствами, включая наказания, он обеспечи­вал соблюдение норм морали и права. Первоначально вышла из звериного состояния только часть людей. Остальные продолжали вести прежний образ жизни. Но он их перестал устраи­вать. В поисках обеспеченного существования они присоединялись к тем людям, которые уже жили в обществе, и входили в состав их семей в качестве зависимых - клиентов. Жили они на положении рабов. Патриархи - главы семей имели право на их жизнь и смерть. Когда зависимых стало много, они поднялись на борьбу против патриархов. Это вынудило благородных объединиться для защиты своих интересов. Возникло государство, которое приняло форму аристократической республики. Вместе с ним возник город. Власть в государстве находилась всецело в руках патрициев, героев, которые образовали правящее сословие. Клиенты стали плебеями, не обладающими гражданскими правами. Так начался второй исторический период - век героев, или героический век. Плебеи героических городов возросли в числе и начали борьбу с патрициями, добиваясь уравнения в правах. Страх перед их силой заставил патрициев уступить. На смену аристократической республике пришла республика народная, свободная. Наступил третий исторический период - век людей, или человеческий век. Неравенство, связанное с различием происхождения, исчезло. Но начало нарастать новое - имущественное. В условиях гражданского ра­венства богатство обеспечивало человеку могущество. Богатые и могущественные люди повели борьбу за власть, привлекая на свою сторону рядовую массу. Появились партии, начались гражданские войны и взаимное истребление. Единственным выходом из положения оказалось возникновение монархии. Монарх брал на себя заботу об общих интересах, оставляя на долю под­данных заботу о своих личных делах. Он стремился уравнять подданных, подавить могущественных и освободить остальных людей от их гнета. А далее, по Вико, на смену монархии приходит состояние «вторичного варварства», «вернувшегося варварства». Как и почему это произошло, он в пятой книге своего труда, посвященной веку людей, ничего не говорит. Лишь вскользь замечает, что монархию разрушили внутренние и внешние причины. Имеется также упоминание о варварских вторжениях, начавшихся с V века. И это все. Чувствуя, что читатель явно не будет этим удовлетворен, Дж. Вико снова обращается к этой проблеме в «Заключении произведения». Но все, что им здесь сказано, еще более запутывает вопрос. Возвращаясь к последнему этапу суще­ствования народной республики, ознаменованному борьбой партий, гражданскими войнами и взаимным истреблением, он пишет теперь, что если одним из выходов из создавшегося положения был переход к монархии, то вторым установление чужеземного господства. А там, где не случилось ни того, ни другого, произошла катастрофа: города превратились в леса, а леса - в человеческие берлоги. Наступили долгие века варварства, а затем все начало повторяться: век богов, век героев, век людей. Примером может послужить развитие Западной Европы вообще, Италии в частности в период после крушения Римской империи. Кое-где у Дж. Вико проскальзывает мысль, что каждый новый цикл начинается на более высоком уровне, чем прежний. Но она не получает у него разработки. Но на чем он категорически настаивает, так это на том, что развитие каждой нации идет по восходящей линии, является поступательным дви­жением. Таким образом, циклизм у Дж. Вико сочетается с идеей прогресса.