1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Кляшторный С.Г. Рунические памятники Таласа: Проблемы датировки и топографии.

Индекс материала
Кляшторный С.Г. Рунические памятники Таласа: Проблемы датировки и топографии.
Страница 2
Все страницы

 

 

 

Отв.ред. Плоских В.М. Источниковедение Кыргызстана (с древности до конца XIX в) Б., 2004. С.-167-169.

В 1987 г. К.М. Байпаков передал мне фотоснимки и рисунок фрагмента каменной зернотерки с выбитой на верхней плоскости рунической надписью. Этот осколок был обнаружен на городище Джувантобе, расположенном в 15 км к западу от городища древ­него Тараза, на берегу р. Талас. В конце 1930-х годов Джувантобе было обследовано А.Н. Бернштамом, который и отождествил это городище с раннесредневековым городом Атлахом, впервые упоминаемым арабскими источниками в связи с событиями середины VIII в.[1] В XI в. Атлах упоминается Махмудом Кашгарским как город вблизи Тараза[2]. Единственное краткое описание Атлаха содержится в сочинении ал-Макдиси (X в.): "Атлах - большой город, приближается по площади к главному городу, вокруг него стена. Большая часть его - сады, а в рустаке ею преобладают виноградники. Соборная мечеть в медине, а рынки в рабаде"[3].
Отождествление, предложенное А.И. Бернштамом, оспорил Л.И. Ремпель[4], что соз­дало отмечаемую исследователями неопределенность в решении проблем исторической топографии Таласской долины[5]. Между тем городская культура этого района была весьма интенсивна в X в. (по сведениям арабских географов, здесь насчитывалось 12 городов)[6] и корреляции между современной археологической картой и историко-топографическими сведениями аутентичных письменных источников весьма важны для исторических рекон­струкций. Счастливую возможность проверки обеих предложенных гипотез дала находка рунической надписи на городище Джувантобе. Эта надпись, состоящая из пяти знаков, выполненных в обычной для таласских рунических памятников палеографической манере, хотя и более тщательно, читается без труда и содержит одно слово: atlay (Атлах), букв. "место переправы, перевала" (из тюрк, атла - "перешагивать", "переступать"). Тем самым подтверждается как чтение самого названия города, до того известного только в написании арабской графикой, так и, что особенно важно, правильность истори-ко-топографических отождествлений, предложенных для долины р. Таласа А.Н. Бернш­тамом. Джувантобинская надпись - первая из найденных здесь непосредственно на терри­тории древнего города, и это обстоятельство указывает на более широкую сферу приме­нения тюркского рунического письма в городах Таласской долины и прилегающем регионе[7].
Другая группа рунических граффити, выбитых на скальных поверхностях в Талас­ском Ала-Тоо, зафиксирована в ущельях рек Терек-Сай (четыре надписи из нескольких знаков каждая) и Куру-Бакайыр (две надписи)[8]. Одна из куру-бакайырских надписей пере­дает тюркским руническим письмом слово sarya (из согдийскою sryw, snvy - "лев"), с закономерной утратой при адаптации в тюркском конечного билабиального w. Здесь этим словом, еще раз знаменующим плотность тюрко-согдийских связей в Семиречье, обозна­чено имя (часть имени?), и оно точно калькирует распространенное в карлукско-караханидской среде имя-титул арслан. Не только выбор алфавита, но и форма языковой адаптации слова свидетельствуют о том, что исполнителем граффити был тюрок, а сама надпись вряд ли может быть датирована временем ранее IX-X вв. Вторая надпись, не­сколько отличная по духу, содержит имя-титул кут — чор. Именно титул чор связывает эту случайную посетительскую надпись с самой большой группой рунической эпиграфики Таласа - сравнительно крупными тюркскими текстами на камнях-валунах.
В 1896 и 1898 гг. известный туркестанский краевед В.А. Каллаур с помощью несколь­ких местных жителей обнаружил в ур. Айртам-Ой, что в предгорьях Таласского Ала-Тоо, в восьми верстах от села Дмитриевского (ныне г. Талас) три камня-валуна с тюркскими руническими надписями. В 1898 г. еще два таких же камня обнаружила археологическая экспедиция Финно-Угорского общества во главе с Г. Гейкелем. Шестой валун с надписью в том же урочище Айртам-Ой был найден П.Н. Кожемяко лишь в 1961 г. После тщатель­ного археологического обследования местности в последние два десятилетия найдены еще шесть камней с надписями. Таким образом, по подсчетам Ч. Джумагулова в ур. Айртам-Ой или поблизости от него обнаружено двенадцать камней-валунов с руническими надпи­сями[9] . Археологическое изучение местности впервые после работ финских археологов было проведено П. Н. Кожемяко и Д. Ф. Винником. Все найденные в Айртам-Ой валуны с над­писями, а также два древнетюркских каменных изваяния оказались привязаны к частично уничтоженному позднейшими строительными работами курганному могильнику, который по конструктивным особенностям датируется Д. Ф. Винником VI—VIII вв. В X в. часть территории могильника использовалась для застройки - там было сооружено небольшое караханидское укрепление (ныне городище Кескентобе), определяющее верхнюю дату погребальных сооружений и связанных с ними надписей. При шурфовке мест находки восьмого и девятого камней установлено, что они находились под культурным слоем ка-раханидского времени, а один из камней был заложен в фундамент постройки той эпохи. Все это свидетельствует о достаточно большом разрыве во времени между периодом соз­дания памятников письма и периодом сооружения караханидского укрепления (X в.)[10]. Вся группа эпитафийных рунических памятников Таласа палеографически едино­образна. Самый значительный по объему текст (по принятой нумерации - второй памят­ник) насчитывает около 140-150 знаков, отдельные из которых разрушены. Другие надпи­си значительно короче и зачастую трудны для чтения из-за плохой сохранности. Типоло­гически таласские письменные памятники близки к эпиграфийной енисейской рунике, но значительно уступают ей в стилистическом и литературном отношении. Их дукт менее выработан и заметно отличен от дукта енисейских памятников. Содержание и терминоло­гия таласских памятников зачастую не вполне понятны без знания утраченных реалий. Все эти обстоятельства делают датировку таласских надписей по палеографическим и текстологическим основаниям весьма трудной, что отразилось в специальной литературе. Так, СЕ. Малов по традиции, идущей от финских археологов, датирует памятники V в. Такого же мнения и многие другие тюркологи. Впрочем, сам СЕ. Малов оговаривает, что "все эти памятники не новее VIII в."[11] Напротив, Л.Р. Кызласов датирует надписи на таласских валунах IX-X вв.[12] А И.В. Кормушин относит таласские памятники, "по всей видимости, к караханидскому времени", т. е. к Х-ХИ вв.[13]