1. Skip to Menu
  2. Skip to Content
  3. Skip to Footer>

Плоских В. Подводные тайны.

Индекс материала
Плоских В. Подводные тайны.
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Все страницы

Плоских В. Иссык-Куль: путешествие в историю. Ф.-1981.С.-43-57.

                                     Сто лет до этого.
Первые шаги в планомерном исследовании Иссык-Куля лет  были сделаны в 1867 году. По распоряже­нию туркестанского генерал-губернатора кол­лежский секретарь Буняковский, топограф поручик Китаев и штабс-капитан — известный уже в то время писатель и художник — Каразин были командированы в г. Верный «для собрания сведений об Иссык-кульском крае как по части топографической, так и по части естество­знания».
Но уже в декабре того же года неожиданно дается отбой. Китаев и Каразин успели доехать только до Верного, как новым распоряже­нием туркестанского генерал-губернатора «по изменившимся обстоя­тельствам» исследования были приостановлены. Сведения об одной из первых, правда неудачных, попыток именно планомерного иссле­дования Иссык-Куля содержатся в архивном деле, озаглавленное «Переписка туркестанского генерал-губернатора с военными губер­наторами областей по вопросу о назначении Китаева и Каразина в экспедицию с целью изучения Иссык-кульского края», начатом и оконченном в 1867 году.
К этому времени сообщения о подводных развалинах Иссык-Куля уже возбуждали и отнюдь не праздное любопытство туркестанских властей. Купец Исаев, проходивший караванными тропами Прииссык-кулья в 1824—1830 гг., составляет в 1857 г. по просьбе казахского ученого Чокана Валиханова записку, в которой упоминает о подвод­ных развалинах Иссык-Куля справа от впадения в озеро реки Тюп. «Видимые в воде здания складены из камня, - писал Исаев, - толь­ко надобно заехать на лошади сажен до двухсот. Сказывают эти жи­тели о сих зданиях, что будто был город тут величайший и сделалось наводнение и будто не было до этого тут озера». Сам Ч. Валиханов развалин не наблюдал, хотя на озере бывал неоднократно
Слушал от местных киргизских жителей рассказы об исчезнувших од водой постройках П. П. Семенов-Тян-Шанский. 13 июня 1857 г. он побывал на мысе, вдающемся в озеро в восточной его части, между устьями рек Тюп и Джергалан, видел на берегу выброшенные волнами кирпичи, из которых были возведены подводные строения. Сопоставив этот факт с историческими свидетельствами, П. П. Семенов ^сказал предположение, что здесь ранее был остров, на котором Железный Тимур держал своих знатных пленников. Семенов-Тян-Шан-:ий подверг сомнению бытовавшее априорно сказание, что затопленный город был некогда ~ во II в. до н. э. — столицей усуньского города под названием Чигу, хотя не исключал возможности отнесения )водных развалин к античному времени. Укрепление, по его мнению, шествовало в XIV и XV веках, исчезло под водой позже XVI в.
О подводных замках упоминали и мусульманские средневековые историки Араб-шах и Мирза Хайдар. Их сведения перекликались о иными итальянской карты. Дело в том, что на Каталонской карте 75 года, которую Семенов видел во время путешествия по Венеции начале 50-х годов XIX в., на озере Иссык-Куль был отмечен город тем же названием. Город Иссык-Куль был обозначен на северном берегу и снабжен примечанием, что здесь находится несторианский  монастырь “армянских братьев”.
Следующей колоритной фигурой, с которой связаны сообщения о подводных развалинах на Иссык-Куле и первые практические шаги по их изучению, был Г. А. Колпаковский – военный губернатор Семиреченской области.  В 1869 г. он посетил озеро. Проводники – киргизы показали ему подводные развалины на северном берегу и местности  Кой – Су (у современного с. Курское) и на востоке в урочище Кой -  Сары. Колпаковский   обследовал   развалины   и   краткую   информацию   он направил   в   «Известия  Русского  Географического  общества».  Он писал о виденной им под водой обширной площадке, как будто специально устланной кирпичами, обломками посуды и костями. Встретилось под водой даже древнетюркское каменное изваяние. Чем дальше берега, тем чаще встречались кучи кирпичей, лежащих в беспорядке. Причем  кирпичи были самых различных видов: в изломе желтоватые, бурые, красные и даже черные.
Тогда-то и зародилась впервые мысль — не произвести ли подводные исследования с помощью водолазов. Непосредственным толчком тому   послужило   получение   Колпаковским   с   берегов   Иссык-Куля археологических  трофеев.  Это  были две медные чаши:  одну вытащил на берег при впадении в озеро р. Кой-Су купавшийся киргиз, вторую,   несколько   меньших   размеров,   подарил   Колпаковскому   сарыбагышский  манап  Умбеталы  Ормонов.  В  окрестностях  озера  были найдены и две серебряные   монеты:   одна на месте строящегося Каракола — будущего   города    Пржевальска,    а   другая — много   западнее, неподалеку то Конгуролена. На малой чаше по краям арабской вязью -  куфическим   шрифтом — был   выведен   витиеватый   орнамент­ надпись. Туркестанский  чиновник  Ибрагимов сделал  перевод:  «Весенние дни доставляют нам счастье. О,  водонос! Дай мне оживляющей влаги... Похожий на розу напиток — сосуду красу придает, подобно тому, как роса ожив­ляет тюльпан, жизнью считай лишь то время, которое смертным дает наслажденье». Эго был гимн воде, дающей жизнь. И Колпаковский развивает бурную деятельность по организации подводных исследований на Иссык-Куле. Он посылает письмен­ное приглашение ученому А. П. Федченко, отдает распоряжение о строительстве не­большого парусного судна на Иссык-Куле, договаривается с неким частным лицом о строительстве восьмивесельного катера.   В архиве канцелярии туркестанского губернатора в Ташкенте на­ми было обнаружено дело «Об археологичес­ких находках в озере Иссык-Куль, приобрете­нии водолазного аппарата и найме водолазов для подводных исследований в Иссык-Куле. Описание скафандра».
Каллиграфический    почерк   чиновников-пе­реписчиков, убористая скоропись военного гу­бернатора,  предложения  кронштадтского  ин­женера,   небрежные   резолюции туркестанского генерал-губернатора. Все документы написаны от руки и представлены в одном экземпляре. Итак... 3 ноября 1871 года Г. А. Колпаковский высылает в Ташкент гене­рал-губернатору К. П. Кауфману с Иссык-Куля археологические тро­феи: медные чаши и серебряные монеты, сопровождаемые простран­ным письмом. «Вообще,— писал он,— загадочность Иссык-Куля с каж­дым годом усложняется и побуждает меня вновь заявить мысль о необходимости исследования... Для полноты предприятия недостает водолазного аппарата, приобретение коего посредством частных средств более чем сомнительно. Не будет ли позволено выписать этот аппарат на кульджинские доходы?». К. П. Кауфман благосклонно отнесся к этому предложению. По его распоряжению чаши были оставлены в Ташкенте в качестве эк­спонатов для будущего музея, монеты — переправлены на исследо­вание в Археологическую комиссию С. Г. Строганову. А насчет водо­лазного аппарата и мастера решили обратиться в Кронштадт к стро­ителю знаменитой крепости генерал-майору К. Я. Звереву.